Неправильное толкование норм права

В акте правосудия нет мотивов отклонения доводов участника спора. нарушение? может ли оно привести к неправильному решению?

Неправильное толкование норм права

В печати много написано о мотивированности как свойстве судебного решения.

Отмечается важность этого свойства с позиций справедливости, законности, обоснованности правосудия.

При этом, как правило, описываются ситуации, когда суд обязан обосновывать свои выводы о юридических фактах ссылкой на имеющиеся в деле доказательства и установленные на их основе обстоятельства дела (в т.ч.

так называемые доказательственные факты), а резолютивную часть акта правосудия сформировать со ссылкой на подлежащие применению нормы материального права.

Между тем, думается, что мотивированность имеет и еще очень важную грань, которая в последнее время отчетливо начала проявляться, чем диагностировала современное «заболевание» деятельности по осуществлению правосудия.

Я имею в виду те ситуации, когда в судебном акте (постановлении) в нарушение нормы процессуального кодекса о содержании судебного решения (постановления, определения) не указаны мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

Исторически первым «симптомом» этого заболевания явились такие ужасные фразы в актах правосудия, как: «доводы отклоняются, так как не основаны на законе, так как основаны на неверном толковании норм материального права, так как не относятся к предмету рассматриваемого дела, так как направлены на затягивание судебного процесса, так как свидетельствуют о недобросовестном использовании своих прав», ну, и т.п. и т.д. При этом никакого обоснования, конечно, не приводится.

В настоящее же время суды стали просто не давать оценку доводам участников спора.

При этом никакого процессуального механизма защиты против этого бездействия законом не предусмотрено.

Суд всех инстанций могут просто не оценивать доводы участников спора и сохранить в силе незаконный и необоснованный акт правосудия, повторив их тексты (судьи называют это «Согласиться»).

И с этим ничего не сделаешь. Я думаю, что многие юристы с этим постоянно сталкиваются.

В процессуальных кодексах России всем известна норма о том, что нарушение норм процессуального права является основанием для отмены судебного акта (постановления), если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного судебного решения (акта).

Должен честно признаться, мне эта норма никогда не была симпатична.

На мой взгляд, эта норма служит и служила всегда основанием для большого числа судебных ошибок, которые не исправляются ни апелляционными, ни кассационными судами, не говоря уже о надзорных.

Интересно рассмотреть этот вопрос исторически: когда эта норма впервые появилась, кто автор, в чем был замысел или, как сейчас любят говорить (в особенности выходцы из аппарата ВАС РФ), каково было политико-правовое обоснование?

Но это отступление.

В связи с изложенным я задумался над тем, является ли не указание мотивов, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, основанием для отмены акта правосудия в связи с нарушением норм процессуального права, выразившееся этом в не указании мотивов.

Почему адресованное суду требование указывать мотивы отклонения (принятия) доводов участников спора так важно для правильности акта правосудия?

Почему нельзя довериться суду и предоставить ему возможность выносить решения как бы подразумевая, что суд вынесет решение с оценкой всех возможных доводов участников спора, предвосхищая их.

Полагаю, что во всех случаях данное нарушение должно считаться таким, которое приводит или может привести к принятию неправильного решения.

Более того, считаю, что данное нарушение должно быть отнесено к безусловным основаниям для отмены судебного акта (постановления), по примеру, допустим, такому основанию для отмены, как нарушение правила о тайне совещания при принятии решения.

Поэтому перечень безусловных процессуальных оснований для отмены судебного акта может быть расширен.

Любое спорное материальное правоотношение, лежащее в основе судебного спора, возникает из оснований – юридических фактов. Указанные факты входят в предмет доказывания по судебному делу.

Участники спора в зависимости от выбранной правовой позиции ссылаются на наличие или отсутствие указанных оснований (юридических фактов), представляют доказательства этим фактам или их отсутствию и исходя из этого предлагают суду применить те или иные нормы права с учетом содержащихся в их гипотезах соответствующих указаний на юридические факты, предлагают правовую квалификацию спорного правоотношения.

Иными словами, такими действиями участники спора заявляют (приводят) доводы, которые должны получить надлежащую правовую оценку, результаты которой должны быть отражены в акте правосудия.

Отсутствие в акте правосудия результатов оценки доводов участников спора с высокой степенью вероятности приводит (может привести) к неправильному определению обстоятельств, имеющих значение для дела (ГПК РФ), к неполному их выяснению  (АПК РФ), к недоказанности обстоятельств, имеющих значение для дела, к несоответствию выводов суда обстоятельствам и дела и судебным доказательствам, к неприменению норм права, подлежащих применению с учетом характера правоотношения лиц, участвующих в деле.

Принцип полноты, всесторонности, объективности судебного разбирательства в ГПК РФ, АПК РФ не предусмотрен, поэтому исходя из замысла законодателя суд не играет активную роль в установлении объективной истины, суд устанавливает, констатирует только ту часть правовой действительности, которая ему доступна благодаря активным действиями участников судебного спора.

Таким образом, суд в силу закона не обязан самоинициативно активно выяснять все обстоятельства в правоотношениях участников спора. При этом я различаю обязательные  действия суда по определению юридических фактов предмета доказывания и действия суда по выяснению (установлению) обстоятельств, входящих в предмет доказывания, даже если стороны об этом не заявляют.

Вследствие этой специфической пассивности суда законодатель предоставил участникам спора процессуальные права и возложил на них обязанности заявлять свои доводы с целью обосновать свою правовую позицию как по вопросам права, так и, что более важно, по вопросам факта. Для этого в законе закреплен и принцип состязательности участников спора.

Из изложенного становится очевидным, что действующее законодательное регулирование по вопросу деятельности суда по установлениию обстоятельств дела предполагает высокую степень активности участников спора, направленную на установление обстоятельств дела.

Высокая степень активности участников спора реализуется прежде всего через их доводы, которые они приводят в защиту занятой позиции.

Праву участника спора заявлять доводы корреспондирует обязанность суда их принять, зафиксировать в процессуальной форме (протокол, аудиозапись, судебный акт), предоставить возможность противнику (оппоненту) и создать для него благоприятные условия для возражения против доводов, дать им правовую оценку с указанием мотивов принятия или отклонения.

Таким образом, суд объективно не может отказаться от правовой и фактической оценки доводов участников спора в акте правосудия.

Суд хотя и руководит процессом, но он, по смыслу его законно установленной роли, не главный и не единственный в установлении обстоятельств спора.

Если законодатель считал бы его главным и единственным лицом в процедуре установления фактических обстоятельств, то тогда в процессуальных кодексах не было бы гарантий, связанных с обеспечением возможности участвовать непосредственно или через представителей в судебном процессе под страхом безусловной отмены акта правосудия, если эти гарантии нарушены (надлежащее извещение и др.)

Следовательно, полагаю, что судебный акт (постановление), в котором не отражены мотивы отклонения или принятия доводов участников спора, по форме и содержанию вообще не должен считаться актом правосудия.

Поскольку такой акт не признается актом правосудия, в качестве предложения законодательного механизма защиты против отсутствия в акте правосудия мотивов отклонения или принятия доводов участников спора полагаю, что в процессуальных кодексах необходимо предусмотреть право апелляционных и кассационных судов направлять дело (без отмены состоявшихся судебных актов) в соответствующий суд с обязательными указаниями изложить мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

При этом считаю, что суды второй и кассационной инстанции в силу их проверочной природы не могут служить заменой суда первой инстанции и мотивировать отклонение или принятие доводов участников спора за суд первой инстанции и вместо него.

Таким образом, в конечном счете, нарушение норм процессуального права в виде не указания мотивов, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, объективно и неизбежно приводит к таким порокам акта правосудия, как неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела (ГПК РФ), неполное их выяснение  (АПК РФ), недоказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам и дела и судебным доказательствам, неправильное определение характера материального правоотношения участников спора и как следствие неприменение норм права, подлежащих применению с учетом характера правоотношения.

Из этого очевидно следует, что не указание мотивов отклонения или принятия доводов участника спора является таким нарушением норм процессуального права, которое с высокой степенью вероятности может привести к принятию неправильного акта правосудия.

Исключить эту вероятность можно только путем изложения мотивов отклонения (принятия) доводов и надлежащей правовой оценки этих доводов и соответствующих мотивов.

Источник: https://zakon.ru/blog/2020/5/19/v_akte_pravosudiya_net_motivov_otkloneniya_dovodov_uchastnika_spora_narushenie_mozhet_li_ono_privest

Нарушение норм материального права

Неправильное толкование норм права

Нормы материального права признаются нарушенными или неправильным образом примененными, в случае если:

  • суд не применял закон, который подлежит применению;
  • суд применял закон, который не подлежит применению;
  • суд неправильно толковал закон, согласно 363 статьи ГПК РФ.

Неприменение закона как нарушение норм материального права

Неприменение закона, который подлежит применению, проявляется в тех случаях, когда суд решает дело без принятия к учету нормы права, которая регулирует рассматриваемое правовое отношение: к примеру, отказ гражданину в иске по взыскании с юридического лица неустойки за превышение сроков строительства жилого дома, предназначаемого для удовлетворения нужд в жилье истца, по этому мотиву, что договором меж истцом и подрядчиком штрафные санкции не предусматриваются, хоть в этом случае образовавшиеся отношения урегулированы Законом РФ “О защите прав потребителей”, и в силу его 28 статьи, ошибочно не примененной судом, в нарушение установленных сроков исполнения работы исполнитель выплачивает потребителю неустойку в определяемом данной статьей размере.

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту Узнать стоимость

Если суд не отметил в собственном решении закон, который он брал за руководство, но вынес решение дела на основании надлежащей нормы, нельзя делать вывод о том, что не был использован закон, который подлежит применению. Этот недостаток в судебном решения устраним судом кассационной инстанции, указывающей на закон, на основании которого дело было разрешено.

Замечание 1

Вывод о незаконности судебного решения можно сделать только в случае, если дело было разрешено в противоречии с законодательством, которое регулирует спорное правовое отношение.

Применение закона, не подлежащего применению как нарушение норм материального права

Применение закона, который не подлежит применению, обуславливается обычно неверной юридической квалификацией образовавшихся отношений.

https://www.youtube.com/watch?v=jwjWrpSHtdQ

К примеру, по иску таможенного органа об истребовании автомобиля, который не прошел таможенное оформление, суд применил к отношениям, которые регулируются таможенным законодательством, нормы гражданского права.

Такое нарушение будет происходить в тех случаях, когда суд использует закон, который был введен в действие после момента возникновения спорного правового отношения и не обладающий обратной силы, или закон, который был признан утратившим силу.

Неправильное истолкование закона как нарушение норм материального права

Неправильное истолкование закона выражено в том, что суд, используя закон, который подлежит применению, неверно понял его содержание и смысл, в связи с этим делает неправильный вывод об обязанностях и правах сторон.

К примеру, используя исковую давность при заявлении третьего лица, которое не заявляет самостоятельных требований по отношению к предмету спора, и отказав в иске по такому основанию, суд неверно толкует 2 пункт 199 статьи ГК РФ, в силу которого исковая давность используется судом лишь по заявлению стороны в споре.

Третьи лица могут использовать процессуальные права, исполняют процессуальные обязанности сторон по делу, но не обладают правом стороны в материальном споре, не имеют права распоряжения предметом спора, согласно 43 статьи ГПК РФ, в этой связи не обладают правом обращения с заявлением по применению исковой давности по отношению к предмету спора.

Последствия нарушения норм материального права

Неправильное применение или нарушение норм материального права представляется основанием для отмены судебного решения лишь в том случае, если оно могло привести или привело к неверному разрешению дела.

Вопрос о том, как отражается допущенное судом материальное нарушение на верности судебного решения, а, следовательно, об отсутствии или наличии оснований его отмены, кассационная инстанция принимает решение для каждого конкретного случая, отталкиваясь от:

  • характера материального нарушения;
  • степени его воздействия на обязанности и права принимающих участие в деле лиц;
  • иных обстоятельств, которые имеют значение для оценки законности судебного решения суда.

Замечание 2

В 2 части 362 статьи ГПК РФ делается важная оговорка о том, что правильное судебное решение по существу не может отменяться по одним лишь формальным основаниям. Данная норма исключила возможности отмены решения только с целью устранения нарушений, которые не влияют на конечный исход дела.

Совместно с этим во 2 части 364 статьи ГПК РФ существует перечень процессуальных нарушений, являющихся абсолютным основанием для отмены судебного решения суда.

Эти нарушения ни при каком условии не могут признаваться формальными. При их наличии невозможно считать судебное разбирательство справедливым, обеспечивающим право любого быть выслушанным беспристрастным судом, который создан на основании закона.

Это затронуло основные свободы и права человека, которые защищаются не лишь национальным законодательством, но и международно-правовыми нормами, которые являются в силу 15 статьи, 4 части, Конституции РФ составным элементом системы права Российской Федерации.

Кассационное определение должно содержать:

  • выводы по всем значимым юридически доводам кассационной жалобы,
  • возражения и представления на них,
  • мотивы, по которым суд приходит к собственным выводам,
  • законы, которыми суд руководствуется, а в случае отмены решения —основания, по которым оно признается необоснованным или незаконным,
  • также действия, которые суд должен совершить при новом рассмотрении дела.

Указания суда, излагаемые в определении, которым отменяется судебное решение, дело передается на новое рассмотрение, являются обязательными для суда, который вновь рассматривает данное дело в части, которая касается необходимости свершения материальных действий.

Вопросы о недостоверности либо достоверности какого-либо доказательства, о преимуществе каких-либо доказательств перед иными, а также о том, какое судебное решение должно приниматься в случае нового рассмотрения дела, в таком определении не могут быть предрешенными.

Источник: https://spravochnick.ru/pravo_i_yurisprudenciya/materialnoe_pravo_i_ego_otrasli/narushenie_norm_materialnogo_prava/

Допущенные судом нарушения норм процессуального права и неправильное толкование примененных норм материального права привели суд к неверным выводам относительно обстоятельств возникшего спора, что послужило основанием для отмены решения суда в надзорном порядке

Неправильное толкование норм права

Допущенные судом нарушения норм процессуального права и неправильное толкование примененных норм материального права привели суд к неверным выводам относительно обстоятельств возникшего спора, что послужило основанием для отмены решения суда в надзорном порядке.

В ноябре 2007г. А. обратился в суд с иском к К., управлению Роснедвижимости по РО, ДИЗО г. Ростова-на-Дону, К.», МУ «Фонд имущества г. Ростова-на-Дону, третье лицо – УФРС по РО, о восстановлении права на земельный участок площадью 308 кв. м по ул. Чернявского в г.

Ростове-на-Дону, обязании К. освободить самовольно захваченный земельный участок по тыльной стороне межи, признании недействительным акта установления и согласования границ земельного участка № 000 от 01.01.2001г., выполненного .

» и утвержденного территориальным отделом №18 Управления Роснедвижимости по РО.

В обоснование требований истец указал, что он является собственником домовладения по ул. Чернявского в г. Ростове-на-Дону в порядке наследования после смерти матери Ч., которой в 1955г. земельный участок, расположенный в данном домовладении, предоставлялся в бессрочное пользование под строительство индивидуального жилого дома.

В 1994г. в порядке приватизации земли истец стал собственником земельного участка площадью 308 кв. м в данном домовладении.

С ответчицей по делу – собственником смежного (по тыльной меже) земельного участка по ул. Ватутина фактически сложился порядок пользования соседними земельными участками.

Хотя при оформлении ответчицей правовых документов на выкуп земельного участка истцом и был подписан акт установления и согласования границ земельного участка ответчицы № 000 от 01.01.2001г.

, однако впоследствии выяснилось, что согласно составленному плану межевания участков площадь земельного участка по ул.

Ватутина налагается на участок истца и приводит к его уменьшению, а также тому, что возведенные истцом на своем участке подсобные строения лит. «Л» и лит. «О» оказываются на территории участка ответчицы.

В ходе рассмотрения дела А. дополнил предъявленный иск требованиями о признании недействительными договора купли-продажи земельного участка по ул. Ватутина от 01.01.2001г., заключенного между К. и МУ «Фонд имущества г.

Ростова-на-Дону», акта межевания границ; распоряжения ДИЗО администрации г. Ростова-на-Дону № 000 от 01.01.2001г. о передаче К. в собственность за плату земельного участка по ул. Ватутина площадью 324 кв. м и государственной регистрации от 01.01.2001г. за К.

права собственности на земельный участок площадью 324 кв. м с кадастровым номером

Ответчица иск не признала и предъявила встречный иск о возмещении морального вреда.

02 июля 2008 года П-ий районный суд г. Ростова-на-Дону вынес решение, которым А. в удовлетворении иска отказал.

в удовлетворении встречного иска о возмещении морального вреда.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 01.01.01 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В надзорной жалобе А. просит об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений, как вынесенных с существенным нарушением норм материального и процессуального права.

По утверждению заявителя, судами были неправильно определены значимые для дела обстоятельства, не исследованы доказательства, а также не дана оценка допустимости и относимости доказательств.

Заявитель не согласен с выводами судов первой и кассационной инстанций о том, что границы земельного участка К. были описаны в установленном законом порядке с отсутствием каких-либо нарушений.

Как указывает заявитель, судом не было учтено то обстоятельство, что в ходе производства землеустроительных работ К.» межевание объекта землеустройства было выполнено с нарушением – состав и содержание работ при межевании объекта землеустройства не соответствовали требованиям, которые предусмотрены постановлением Правительства РФ от 01.01.2001г.

№ 000 и Методическими рекомендациями по проведению межевания объектов землеустройства, утвержденными Росземкадастром 17.02.2003г. Границы земельного участка не были согласованы с А., а при подписании акта межевания границ земельного участка он был введен в заблуждение.

То, что факт согласия с проведенным межеванием подтверждается его личной подписью, само по себе не является прямым доказательством согласия А. с проведенным межеванием границ земельных участков. Отсутствие специальных знаний не позволило А. осознать факт накладки земельных участков друга на друга, а визуально А.

не представлялось возможным увидеть произошедшую накладку, поскольку сотрудниками К.» не были установлены отличительные знаки и не была проведена граница, позволяющая визуально определить границу межевания.

По утверждению заявителя, о наличии нарушения его прав ему стало известно лишь после составления акта К.», то есть после получения им схемы земельного участка, составленной по инициативе истица МУП «Городской центр кадастра и геодезии» (МУП «ГЦК и Г»).

Как указывает заявитель, суд, ссылаясь на положения ст.56 ГПК РФ, указал, что А. не представил доказательств, подтверждающих факт прихвата К. его земельного участка. При этом оставил без внимания, что строения лит. «О» и лит.

«Л», возведенные в 50-х года 20-го века, и находящиеся в его пользовании, по результатам межевания оказались на участке ответчицы.

При разрешении возникшего спора судом также оставлено без внимания, что по результатам межевания площадь его участка уменьшилась с 308 кв. м до 302 кв. м

Не согласен заявитель и с суждениями суда первой инстанции относительно того, что истец уклонился от оплаты за проведение назначенной по его ходатайству экспертизы. Договор на оказание экспертных услуг и квитанция об оплате от 01.01.2001г. им были представлены суду в заседании 02.07.2008г., однако судом оставлены без внимания и соответствующей оценки.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы жалобы, выслушав представителя К., президиум находит состоявшиеся по делу судебные постановления подлежащими отмене в надзорном порядке в части разрешения требований А. по следующим основаниям.

Основанием предъявленного А. иска является ссылка на нарушение его прав, допущенных при проведении К.

» межевания соседнего земельного участка ответчицы, выразившееся в том, что согласно разработанному кадастровому плану земельный участок по ул. Ватутина частично налагается на участок истца по ул.

Черняховского, что влечет уменьшение его площади на 4 кв. м, а также то, что часть принадлежащих А. строений лит. «Л» и лит. «О» оказывается на смежном участке ответчицы.

в иске, суд первой инстанции сослался на положения ст. ст.17,26 ФЗ «О землеустройстве», ст.69 ЗК РФ, ст. 19 ФЗ «О государственном земельном кадастре» и исходил из того, что размеры границ земельного участка К.

с истцом, как со смежным землепользователем, были согласованы, что подтверждается его подписью в акте согласования границ № 000. Доводы истца относительно того, что он был введен ответчицей и сотрудниками К.

» в заблуждение, по мнению суда, являются несостоятельными.

С такими выводами суда согласилась судебная коллегия.

Однако с выводами суда нельзя согласиться, поскольку они сделаны при неверном определении круга значимых для дела обстоятельств, неправильном применении и толковании норм материального права, что повлекло вынесение незаконного решения.

В соответствии со ст.17 ФЗ «О землеустройстве» от 01.01.2001г. №78-ФЗ (в редакции ФЗ от 01.01.2001г.

№87-ФЗ, действовавшей на момент возникновения спора) межевание объектов землеустройства представляет собой работы по установлению на местности границ муниципальных образований и других административно-территориальных образований, границ земельных участков с закреплением таких границ межевыми знаками и описанию их местоположения.

Межевание объектов землеустройства осуществляется на основе сведений государственного земельного кадастра, землеустроительной, градостроительной и иной связанной с использованием, охраной и перераспределением земель документации.

Местоположение границ земельных участков, используемых для индивидуального жилищного и гаражного строительства…

может определяться с использованием сведений государственного земельного кадастра, документов территориального планирования (в том числе генеральных планов поселений и городских округов), документации по планировке территории для размещения объектов индивидуального жилищного и гаражного строительства, … землеустроительной документации при наличии соответствующих картографических материалов.

Межевание объекта землеустройства включает в себя следующие работы:

определение границ объекта землеустройства на местности и их согласование с лицами, права которых могут быть затронуты;

закрепление на местности местоположения границ объекта землеустройства межевыми знаками и определение их координат или составление иного описания местоположения границ объекта землеустройства;

изготовление карты (плана) объекта землеустройства (п.9 «Положения о проведении территориального землеустройства», утвержденного постановлением Правительства РФ от 01.01.2001г. № 000, п. п.4 п.6 «Методических рекомендаций по проведению межевания объектов землеустройства», утвержденных Руководителем Федеральной службы земельного кадастра России 17.02.2003г.).

В силу пунктов 14.6 и 14.7 упомянутых «Методических рекомендаций по проведению межевания объектов землеустройства», утвержденных Руководителем Федеральной службы земельного кадастра России 17.02.2003г., согласованные границы объекта землеустройства закрепляются межевыми знаками, фиксирующими на местности местоположение поворотных точек границ объекта землеустройства.

Допускается закрепление границы межевыми знаками в виде естественных или искусственных предметов, обеспечивающих закрепление поворотной точки границы на период проведения работ (временный межевой знак), или в виде искусственного предмета, закрепленного в земле или твердом покрытии и обеспечивающего постоянство местоположения на местности поворотной точки границы объекта землеустройства после проведения землеустройства (долговременный межевой знак).

Пунктом 4 ст.69 ЗК РФ и п.10 «Положения о проведении территориального землеустройства», утвержденного постановлением Правительства РФ от 01.01.2001г. № 000, предусмотрено, что при проведении землеустройства должен быть обеспечен учет законных интересов лиц, права которых могут быть затронуты при его проведении.

Заинтересованные лица вправе обжаловать действия, ущемляющие их права и законные интересы, в установленном порядке.

С учетом приведенных норм материального права правильное разрешение возникшего спора зависело не только от установления наличия подписи истца в акте согласования границ № 000, но и от установления того, соответствовали ли состав и содержание проведенных К.» работ по межеванию земельного участка К. требованиям, предусмотренным приведенными выше постановлением Правительства РФ от 01.01.2001г. № 000 и «Методическими рекомендациями..».

Каких-либо данных о том, что согласованные границы смежных земельных участок сторон были закреплены временными либо долговременными межевыми знаками, в материалах дела не имеется. Указанное обстоятельство вопреки требованиям ч.2 ст.56 ГПК РФ судом на обсуждение лиц, участвующих в деле, не ставилось.

Вместе с тем, по утверждению А., наличие в акте № 000 его подписи само по себе не может являться подтверждением тому, что границы земельного участка К. с ним были согласованы, поскольку сотрудниками К.» отличительные межевые знаки не выставлялись, и линия межи, позволяющая визуально определить границу межевания, не устанавливалась.

Отсутствие же специальных познаний не позволило А. осознать факт частичной накладки земельных участков друг на друга, а визуально ему не представилось возможным увидеть произошедшую накладку. Вместе с тем, выявленный сотрудниками МУП «Городского центра кадастра и геодезии» факт накладки земельных участков по ул. Ватутина и ул.

Черняховского г. Ростове-на-Дону в силу п.10 ст.26 ФЗ от 01.01.2001г.

«О государственном земельном кадастре» повлек приостановление проведения государственного кадастрового учета его земельного участка, поскольку представленные им документы признаны не соответствующими требованиям, предъявляемым к проведению государственного кадастрового учета земельных участков.

С учетом характера возникших по делу правоотношений обстоятельства, на которые ссылался истец в обоснование своих требований, являлись юридически значимыми и нуждались в проверке суда первой инстанции с привлечением соответствующих специалистов.

Назначенная судом по ходатайству истца судебная техническая экспертиза по делу проведена не была по тому основанию, что А., на которого возлагалась обязанность по оплате за ее проведение, не выполнил данное указание определения суда от 01.01.2001г.

Как видно из дела, срок по оплате за проведение данной экспертизы истцу был действительно установлен до 23.05.2008г.

Источник: https://pandia.ru/text/77/218/1538.php

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.