Принцип тайны совещательной комнаты

Тайна совещательной комнаты как необходимое условие реализации принципа независимости судей

Принцип тайны совещательной комнаты

Еныгина, Т. А. Тайна совещательной комнаты как необходимое условие реализации принципа независимости судей / Т. А. Еныгина. — Текст : непосредственный // Новый юридический вестник. — 2020. — № 7 (21). — С. 40-42. — URL: https://moluch.ru/th/9/archive/174/5416/ (дата обращения: 04.12.2020).



В статье проводится характеристика института тайны совещательной комнаты, значение в процессуальном законодательстве, необходимости совершенствования, целесообразности существования указанного института в гражданско-процессуальном законодательстве, а также отражены позиции российских ученых по данному вопросу.

Ключевые слова: совещательная комната, решение суда, независимость судей, судебные прения, судебное разбирательство, гражданское процесс, основания для отмены судебного решения.

Отечественной процессуальной науке институт тайны совещательной комнаты стал известен еще в XIX веке с изданием Устава гражданского судопроизводства Российской империи 1864 года, и содержащихся в нем положениям, согласно которым, совещание судей должно было проходить в совещательной комнате с отсутствием допуска посторонних лиц [3].

Отсюда вытекает закономерный вопрос — а как же обстоит дело на сегодняшний день? Так ли актуален этот институт гражданского процесса как более чем 150 лет назад?

На эти вопросы можно ответить, если обратиться к гражданскому законодательству современной России. На сегодняшний день, согласно ст. 192 и ч. 2 ст. 194 ГПК РФ, суд удаляется в совещательную комнату после проведения судебных прений для принятия и вынесения окончательного решения.

В совещательной комнате принимается решение, в которой находится председательствующий судья, рассматривающий дело, либо судьи, если рассмотрение дела осуществлялось коллегиально [1].

Так же, как и в Уставе 1864 года не предусматривалось нахождение посторонних лиц, то есть норма имела императивный характер.

В силу требований закона судье запрещено в этот момент, вплоть до оглашения решения, выходить из помещения, вступать в контакты с любыми лицами, связано это с тем, что при принятии решения по конкретному делу судья руководствуется исключительно внутренним убеждением, своей совестью и законом.

Идентичная позиция изложена и в Арбитражном процессуальном кодексе РФ. Согласно ст. 167 АПК РФ [2], тайна совещания соблюдается как в момент принятия решения, так и после этого: судья также не вправе сообщать кому бы то ни было сведения о содержании обсуждений при вынесении решений и об отдельных позициях суда.

Цель наличия указанного института в гражданском процессуальном законодательстве — это принятие независимого решения по делу, отсутствие давления на суд, минимизация факторов, способствующих влиянию на судей, и вынесение беспристрастного решения.

Тайна совещания судей является одной из гарантий реализации принципа независимости судей, закрепленной положениями Конституции РФ. Соблюдение данного принципа является обязательным условием принятия законного решения по делу.

Понятие тайны совещательной комнаты в законодательстве не определено, поэтому необходимо обращаться к доктрине гражданского процессуального права. Некоторые авторы считают, что под ней понимается: «помещение, оснащенное всем необходимым для того, чтобы судьи не покидали совещательную комнату при принятии решений и вынесении определений» [4].

Понимая серьезность указанного института, мы имеем определенные неясности на практике. А ведь согласно букве закона, основанием для отмены судебного акта являются не только нарушения материального закона, но и нарушения процедуры принятия решений (процессуального права). То есть, одним из безусловных оснований для отмены судебных постановлений является нарушение тайны совещания судей.

Тем не менее, стоит отметить, что количество отменных судебных решений первой инстанции невелико, и значительно меньше по сравнению с другими основаниями отмены судебных решений.

Во-первых, как правило, совещательной комнаты, как таковой в судах не предусмотрено, и чаще удаляются участники процесса, нежели сам председательствующий.

Осуществить контроль за судьей и четко зафиксировать факт нарушения тайны совещания судей практически невозможно.

Следовательно, суд не ограничен в возможности звонить по телефону, советоваться с кем бы то ни было, что, безусловно, влияет на качество мыслительного процесса судьи.

Некоторые авторы говорят о том, что необходимо организовать в зданиях судов специальные совещательные комнаты, без телефонов и иной связи, куда бы и удалялись судьи для принятия решений, сделав стены этих помещений прозрачными, чтобы у участников не возникало сомнений в тайности совещания судей.

Боннер А. Т. считает, что «наличие совещательной комнаты и вообще удаление судьи для принятия решения является чисто формализмом, пережитком и ничего общего не имеет с современной реальностью. Он говорит о том, что комната абсолютно не нужна, ведь согласно ст.

199 ГПК РФ практически по всем делам ограничиваются принятием и оглашением лишь резолютивной части судебного решения, соответственно для ее составления не требуется удаление в совещательную комнату» [5].

Вышеуказанный автор привел пример, как один судья не стал удаляться в совещательную комнату при вынесении определения по сложному делу, а составлял процессуальный документ в зале судебного заседания. Следовательно, вытекает закономерный вопрос — имеет ли право на существование данный институт? Он считает, что имеет место быть.

Противоположной точки зрения придерживается ученые, говоря о том, что судья, не должен составлять решение в спешке, потому что по сложным делам необходимо тщательное подготовка и изучение материалов дела, анализ законодательства и судебной практики, что непременно является сложным мыслительным процессом. Если предоставить достаточное количество времени на анализ собранных и исследованных в судебном заседании доказательств, возможно и судебных ошибок было бы гораздо меньше.

Другие считают, что необходимость в данной комнате возникает только, если дело рассматривается коллегиальным составом. И гораздо важнее, чтобы на судью не оказывалось постороннего влияния.

Федеральным Законом от 28.11.2018 № 451-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены изменения в ст. 20 ГПК РФ.

В новой редакции закреплено положение: «судья, рассматривающий дело единолично, вправе разрешить вопрос об отводе или самоотводе путем вынесения мотивированного протокольного определения без удаления в совещательную комнату» [1].

Как мы видим, первые шаги уже сделаны и намечается правильная тенденция в реформировании гражданского процессуального законодательства.

Стремительное развитие информационных технологий предопределяет и развитие самого процессуального законодательства. Осложняется контроль за соблюдением требованиями законодательства самими судьями и подвергается сомнению сам принцип тайны совещания судей.

Поэтому авторы вполне правильно задаются вопросом практической целесообразности данного института, отмечая чисто формальное существование указанного института.

Что касается зарубежного законодательства, то например, во Франции, принцип тайны совещаний судей применяется во всех судопроизводствах [6], в странах СНГ — Беларуси и Украины имеются идентичные положения как и в российском гражданском процессе, а в казахстанском законодательстве имеется уточнение, касающееся рабочего времени, что судья имеет право сделать перерыв для отдыха с выходом из совещательной комнаты. Следует отметить, что такое положение имеется в УПК РФ, но отсутствует в ГПК РФ, на что многие авторы отмечают целесообразность включения указанного положения и в ГПК РФ [7].

Как известно, долгое время институт не подвергался изменениям, являлся традиционно неизмененным, но на наш взгляд, следует все-таки вносить определённые коррективы в связи с реформированием самого законодательства, и требованиями времени.

Таким образом, учитывая стремительное развитие общественных и информационных технологий в современном мире, назревает необходимость и теоретического осмысления отдельных положений ГПК РФ, касающихся института тайны совещательной комнаты.

Авторы предлагают включить в ГПК РФ нормы о возможности перерыва в течение рабочего дня с выходом из совещательной комнаты и по окончании рабочего времени, как это предусмотрено в ч. 4 ст. 167 АПК РФ и ст.

298 УПК РФ, а также закрепление удаления в совещательную комнату лишь при коллегиальном рассмотрении дела [7].

Тайна совещания судей при принятии решения является одной из важнейших процессуальных гарантий, позволяющей суду принять справедливое, законное и обоснованное решение, вне всякого внешнего влияния.

Литература:

Источник: https://moluch.ru/th/9/archive/174/5416/

За семью печатями, или Тайна совещательной комнаты

Принцип тайны совещательной комнаты

Иванов Антон

Экс-председатель ВАС РФ

специально для ГАРАНТ.РУ

Необходимым условием независимого вынесения объективного судебного решения процессуальный закон считает соблюдение судом тайны совещательной комнаты.

Предусмотрены довольно строгие требования к режиму этой тайны: нахождение в совещательной комнате только судей, входящих в состав суда по данному делу, запрет на разглашение суждений, имевших место при вынесении решения, на разговоры судей по телефону, а иногда и на выход судьи из совещательной комнаты. 

Вместе с тем, современные информационные технологии все больше осложняют проверку соблюдения судом требований закона в этой части. Трудно представить себе совещательную комнату без компьютера, при помощи которого изготавливается судебный акт, и без информационных систем (баз данных нормативных актов), которые, как правило, имеют выход в Интернет.

Так что компьютер в совещательной комнате либо не должен быть подключен к Интернету, либо там вообще не должно быть компьютера. В противном случае проверить соблюдение тайны совещания судей крайне затруднительно.

К тому же у каждого судьи имеется мобильный телефон, при помощи которого можно свободно общаться.

Разумеется, соблюдение тайны совещания зависит при таких обстоятельствах от самого судьи – он должен предпринимать все меры к ее исполнению.

Вместе с тем, несовершенно и само процессуальное законодательство. Так, УПК РФ предусматривает, что по окончании рабочего времени, а также в течение рабочего дня суд вправе сделать перерыв для отдыха с выходом из совещательной комнаты (ч. 2 ст. 298 УПК РФ).

ГПК РФ и АПК РФ такой нормы не предусматривают, тогда как некоторые экономические дела по трудоемкости не уступают уголовным. В этой связи я думаю, что указанные различия в положениях УПК РФ, с одной стороны, и ГПК РФ и АПК РФ, с другой стороны, не имеют разумного обоснования.

При совершенствовании этих кодексов соответствующие положения должны быть унифицированы.

Что же касается направления такой унификации, то я являюсь сторонником отмены тайны совещания судей. Гораздо важнее добиться того, чтобы на судью не оказывалось постороннего влияния при принятии им судебных актов. Тайна совещания судей этому никак не помогает, но и не мешает.

Влияние на судью может оказываться и чаще всего оказывается до начала судебного заседания, а не тогда, когда он находится в совещательной комнате. Так что перерывы в совещании судей могут быть, и не надо устанавливать для них специфических условий.

А уж тем более такие перерывы, на мой взгляд, не должны служить основаниями для отмены судебных актов по процессуальным мотивам.

Неразумно реагировать на любые нарушения тайны совещания судей.

Одно дело, когда происходит мелкое нарушение тайны – выход из совещательной комнаты, скажем, в туалет или ответ на личный звонок малолетней дочери – оно не ведет к вынесению необъективного решения.

Напротив, если судья вышел из совещательной комнаты и отправился в кабинет председателя суда, либо во время совещания ему позвонил прокурор или адвокат стороны, участвующей в деле, то такие нарушения тайны совещания судей уже нельзя считать мелкими.

Полагаю, что следует реагировать лишь на те нарушения тайны совещания, которые повлекли или могли повлечь нарушение процессуальных принципов, прежде всего с точки зрения объективности, независимости и беспристрастности судьи.

Кроме того, я никогда не был сторонником того, чтобы сильно формализовать работу судей при написании судебных актов (когда писать или печатать резолютивную часть, иные части судебного акта, использовать или не использовать формулировки сторон при подготовке такого акта).

Полагаю, что какая-то часть текста судебного акта может быть написана судьей и вне совещательной комнаты.

Жесткие формальные требования к судебным актам увеличивают количество возможных процессуальных нарушений и облегчают отмену правильного по существу акта из-за таких нарушений. К реальному правосудию такие отмены часто не имеют никакого отношения.

Разумеется, есть фундаментальные принципы, которые нарушать нельзя, но за их рамками любые процессуальные нарушения следует оценивать с точки зрения того, как они повлияли на свободное волеизъявление судьи.

Поэтому я бы отказался от тайны совещания судей, заменив ее подробными правилами поведения судьи в случае, если на него в той или иной форме оказывалось давление кем бы то ни было с целью склонить к вынесению решения, которое не соответствует его внутреннему убеждению.

Судья о каждом таком факте должен сделать запись в журнале внепроцессуальных обращений, он вправе заявить по этим мотивам самоотвод или поставить в самом начале судебного заседания перед сторонами вопрос о том, доверяют ли они ему слушать их дело.

Другой вопрос, будет или не будет судья так себя вести…

Однако если будет установлено, что он должен был это сделать и не сделал, то налицо процессуальное нарушение, которое служит основанием для отмены судебного акта. Аналогичным я бы видел поведение судьи и при наличии у него конфликта интересов в связи с принятым к производству делом.

Поскольку я являюсь сторонником отмены тайны совещания судей, то даже если эта тайна сохранится, нужно смягчить предъявляемые к ней требования. Повторюсь, нарушение тайны совещания судей должно влечь отмену судебного акта лишь тогда, когда такое нарушение было существенным, то есть повлияло или могло повлиять на внутреннее убеждение судьи при принятии такого судебного акта.

Судья также должен иметь право разгласить тайну совещания, если один из судей, участвовавших в этом совещании, пытался повлиять на остальных, ссылаясь не на правовые основания, а на то, что на него самого оказывали влияние, скажем, государственные органы, судьи, стороны процесса или иные лица.

И никакой тайны совещания не может быть, если судья рассматривает дело единолично.

Источник: https://www.garant.ru/ia/opinion/author/ivanov_anton/613040/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.